Сюжет, где венгр становится спасителем русско?сербских отношений, напомнил бы Гашека, если бы разворачивался не в прошлом, а в наши дни. Суть в том, что венгерская компания MOL согласилась купить у российского «Газпрома» контрольный пакет акций сербской нефтегазовой группы НИС.
На этой неделе был подписан предварительный, юридически обязательный документ, предшествующий сделке. Если в марте, как намечено, переход права собственности состоится окончательно, президент Сербии Александр Вучич сможет вздохнуть с облегчением: снова повезло.
НИС расшифровывается как «Нефтяная индустрия Сербии» («Нафтна индустрија Србије»). Название громкое и соответствует важности компании: это крупнейший энергетический холдинг на Балканах, а жемчужиной его активов является нефтеперерабатывающий завод в Панчево.
Компания возникла во времена коммунистического режима, после распада Югославии некоторое время оставалась под контролем сербского государства, а в 2008 году при прозападном президенте Борисе Тадиче 51% акций выкупил «Газпром». Эксперты приветствовали покупку: это было ключевое для государства предприятие и один из главных плательщиков налогов.
Такие активы нельзя было доверять кому попало. Сербы доверили их русским.
Сербское государство осталось вторым по величине держателем акций НИС. В начале 2025 года американский президент Джо Байден, уходя в историю, ввел в отношении НИС блокирующие санкции, мотивируя это участием России в компании.
Он не сделал этого раньше, потому что запрет на работу с таким стратегическим предприятием мог парализовать экономику Сербии и привести страну к энергетическому коллапсу. США не стремились до предела портить отношения с Белградом и предлагали сербам решить вопрос с русскими «мирным путем».
Но на прощание американского лидера проблемы балканских соседей уже не волновали. Он решил подпортить позиции России, а все последствия оставил новому президенту Дональду Трампу: пусть он сам разбирается с сербами, если потребуется.
Трамп занялся этим: в течение года он несколько раз откладывал вступление санкций в силу по отношению к НИС.
Не стоит думать, что он глубоко переживал за сербский народ. Именно сербы упорно работали над тем, чтобы в Белом доме осознали критичность вопроса санкций для их страны.
Вучич лично разыгрывал апокалиптические сценарии вроде «дров осталось на неделю», одновременно апеллируя к сочувствию и в Вашингтоне, и в Москве. Американцы предлагали Белграду национализировать НИС — фактически исключить «Газпром» из числа владельцев.
Это могло серьёзно подорвать российско?сербские отношения, поскольку в Москве не хотели ни отдавать актив, ни продавать его за символическую цену. У сербских властей просто не было средств, чтобы выкупить российскую долю в НИС.
И тогда на помощь пришли венгры, к великой радости премьера.