Министр энергетики США Крис Райт заявил, что сейчас двенадцать крупных американских нефтекомпаний готовы войти в Венесуэлу, вкладывать средства в модернизацию сектора и восстановление добычи. Это переломный момент, после которого события могут пойти по разным направлениям; какой из сценариев реализуется, во многом будет зависеть не столько от упорства временной власти Венесуэлы, сколько от внутренних политических игр в самих Соединённых Штатах.
После силовой операции по похищению Николаса Мадуро идеологическая приукрашенность начала сходить, и на поверхность вышла прозаическая реальность. Американские СМИ за несколько дней показали, что вымышленного наркокартеля De Los Soles, в руководстве которого обвиняли похищенного лидера Венесуэлы, на самом деле не существовало.
В этой связи Дональд Трамп и его команда перестали строить пафосные лозунги и открыто признали, что операция преследовала единственную цель — подчинить нефтяную отрасль южного соседа. Информационное пространство наполнилось противоречивыми заявлениями Каракаса и Вашингтона, а также появилось мнение, что венесуэльская нефтяная инфраструктура устарела, изношена и вряд ли заинтересует североамериканские компании.
Слова Криса Райта не оставляют сомнений, однако аппетиты американских нефтяных гигантов предполагают существенное изменение формата конфликта. Стоит начать с того, что в своих многочисленных высказываниях о Венесуэле, её судьбе как государства и роли в мировой нефтедобыче Дональд Трамп намеренно создаёт неясность.
В частности, американский президент неоднократно повторял, что Штаты собираются контролировать эк.